Вся правда от создателя ЕГЭ

Создатель ЕГЭ: «Внедрение этого теста не принесет полезности российскому образованию».

До того, как закон о ЕГЭ вступит в силу остался месяц. Владимир Хлебников – это тот самый человек, который разработал технологию тестирования еще до начала опыта по ЕГЭ для централизованного добровольного абитуриентского тестирования, и с самого начала опыта управлял центром обработки результатов ЕГЭ. Ему лучше всех были видны и недочеты методики. Однако когда он начал о их открыто говорить, это оказалось никому не нужно. Ведомство не пожелало ничего радикально поменять.
Из статьи В. Хлебникова в «Новой газете»:

Основное в ЕГЭ – это результаты. Что все-таки измеряет ЕГЭ?!

Можно с уверенностью сказать, что смысл оценок по результатам ЕГЭ (тестовый балл) не соображает фактически никто. Пусть два учащихся с примерным схожим уровнем подготовленности участвовали в тестировании. Каждый из их получил собственный вариант теста. Варианты имели разную сложность. Одному ученику достался вариант более обычный, а другому более тяжелый. Это явление очень распространенное, т.к. создать даже два варианта теста схожей трудности фактически нереально.

Все участники, набравшие однообразное число верных ответов (первичных баллов), получат однообразный тестовый балл вне зависимости от трудности доставшегося варианта теста.

А эти варианты ох как различаются друг от друга по трудности! Спецы это отлично знают.

Таковой ЕГЭ не гарантирует чёткие и справедливые результаты. Следовательно, результаты ЕГЭ нельзя применять для отбора поступающих в университеты, ввиду их научной необоснованности!

Еще ужаснее обстоит дело с внедрением результатов ЕГЭ для целей итоговой аттестации. Повторим, что методика расчёта тестовых баллов ЕГЭ описывает уровень подготовленности учащихся, сравнивая их познания друг с другом, однако не сравнивая с требованиями учебной программы. Эта методика предназначена лишь для отбора поступающих в университеты. Сделать суждение о степени освоения школьного предмета для итоговой аттестации по результатам ЕГЭ в принципе нереально.

До сих пор, никакие даже самые продвинутые тестологи мира не смогли создать теста, который мог быть применен для целей итоговой аттестации и для отбора более приготовленных поступающих в университеты.

Наши коллеги в Белоруссии, Азербайджане, Казахстане, Узбекистане не совмещают итоговую аттестацию со вступительными испытаниями. Государственные тесты в испытательной форме проводятся лишь для отбора поступающих в университеты, при этом с привлечением служб государственной сохранности.

Россия пошла другим путём, который при всей его кажущейся привлекательности, не имеет последователей. Отмеченные недочеты являются основными, препятствующими достижению поставленных целей ЕГЭ.


Можно ли исправить имеющиеся недочеты?

Для отбора поступающих в университет неувязка решается просто. Для этого довольно поменять методику обработки первичных баллов таким образом, чтоб она учитывала различную сложность используемых вариантов тестов. Это сделать несложно, потому что таковая методика существует и много лет употребляется при проведении абитуриентского централизованного тестирования.

Бессчетные другие недочеты ЕГЭ при всем этом остаются, однако о их скажем позже.

Для целей итоговой аттестации неувязка с ЕГЭ ремонту не подлежит. Итоговая аттестация просит других измерительных материалов и методик обработки результатов их использования.

Процедуры итоговой аттестации и отбора поступающих в университеты несовместимы. Их нужно поделить.

Перевод тестовых баллов ЕГЭ в пятибалльную шкалу для целей итоговой аттестации чиновники осуществляют произвольно. В 1-ые годы опыта по введению ЕГЭ за базу бралось правило: двоечников и отличников устанавливалось по 10 процентов от общего числа участников. Троечников и хорошистов – по 40 процентов от общего числа участников. В следующие годы доля учащихся с различными отметками во избежание нелепицы корректировалась. Так, к примеру, неприлично ставить отметку «удовлетворительно» по арифметике за три-четыре верных ответа. На простые вопросцы в части «А» даже восьмиклассник даст три-четыре верных ответа. Учащиеся 10-11-ых классов сходу смекнут, что тройка им уже обещана, и дальше всерьез обучаться не будут. Вот и пришлось для сохранения приличия ставить тройку за большее число верных ответов. А это привело к тому, что доля двоечников по арифметике возросла до стабильного по годам уровня в 22 – 23 процента от общего числа участников. Так уж учат у нас в школе арифметике. Рассмотрим вопросец о погрешности измерений учебных достижений, получаемых при проведении ЕГЭ.

В Федеральном центре тестирования проводились расчеты погрешностей результатов ЕГЭ. Было определено, что в середине шкалы измерений (от 40 до 60 баллов) величина погрешности фактически по всем предметам составляет ± 3 тестовых балла. Погрешности растут по мере смещения в сторону более низких и поболее больших оценок. В районе 90 баллов погрешность составляет от 5 до 10 тестовых баллов. Эта погрешность неустранима при сегодняшней идеологии ЕГЭ, т.е. как молвят арифметики, - это погрешность способа. На практике это значит, что университет, выбирая из 2-ух поступающих с плодами 84 и 86 баллов по предмету, дает предпочтение, казалось бы, лучшему – 86 балльному результату. В неких университетах итог меньше 85 баллов вообщем не рассматривается. А на самом деле результаты этих поступающих 84±5 и 86±5 баллов, и кто из их лучше знает предмет уже не разумеется. Если тестовые баллы испытуемых различаются друг от друга на величину наименьшую, чем погрешность измерения, то делать суждение о превосходстве того либо другого результата не корректно. Из этого следует, что ЕГЭ плохо дифференцирует испытуемых в более принципиальной для приема в университет зоне – области наивысших тестовых баллов. Имеет ли право ЕГЭ на систематические неточности такового размера? Ничего не подозревающим выпускникам школ и приёмным комиссиям вузов величина тестового балла объявляется без тени сомнения.

Неучёт факта, что погрешность измерения в области больших баллов недопустимо велика, приводит к тому, что результаты, указанные в свидетельствах ЕГЭ, не отражают настоящего уровня подготовленности испытуемых. Это часто вызывает неосознанное, однако интуитивно верное возмущение выпускников и их родителей.

Обсудим кратко экзаменационные материалы, используемые при проведении ЕГЭ. Их разрабатывает спец государственное учреждение Федеральный институт педагогических измерений (ФИПИ). Раз в год для ЕГЭ по каждому предмету нужно создать 10-ки, а по арифметике и по русскому языку по сотне уникальных вариантов тестов высочайшего свойства. Разные варианты тестов должны быть в идеале схожей трудности и с схожими измерительными качествами. Эта задачка невыполнима! Общественность не знает, по каким характеристикам и измерительным свойствам отбираются испытания ЕГЭ. Материалы сдаются в тираж в феврале – марте. Удовлетворительное опробывание (не путать с апробацией) тестовых материалов к этому сроку провести нереально. Измерительные характеристики тестов, используемых в ЕГЭ, не знает никто ни до, ни опосля экзамена.

Ввиду высочайшего статуса ЕГЭ, к разработке измерительных материалов потянулось множество профессионалов – предметников. Для их ЕГЭ – это и заработок, и престиж. Выбрать было из кого. Отобрали самых «маститых». Ну не могут они делать простые задания. И в части «С» возникли задания убойной силы, при этом не лучшего свойства за исключением задач типа С3. Ну и кто может их выполнить? Все задания части «С» выполняют единицы испытуемых, а двоечников по арифметике более 20 процентов от общего числа участников ЕГЭ, т.е. более двухсотен тыщ человек. Для чего задания с таковой трудностью тиражировать, рассылать по всей стране, собирать предметные комиссии для проверки, расходовать государственные средства? Все это ради единичных случаев, в то время, как сотни тыщ выпускников требуют более пристального внимания. Для чего делается таковой разброс трудности заданий? Видимо у управляющих опыта была уверенность, что одним довольно маленьким тестом может быть оценить познания всех учащихся (и посредственных, и элитных). Однако это нереально. Кто из ученых отдал таковой совет? Нет таблетки от всех заболеваний.


Структура тестовых материалов ЕГЭ плохо обмыслена и нуждается в переработке.


Казалось бы, что качество тестов обязано расти совместно с опытом их разработки. Однако этого не происходит. Нарекания со стороны профессионалов были ранее, есть и сейчас. Не вдаваясь в подробности, можно смело утверждать, что по процедуре разработки экзаменационных материалов ЕГЭ нужен соответственный государственный эталон, утверждённый Агентством по техническому регулированию (бывший Госстандарт). Содержание экзаменационных материалов, как и прописано в законе, остается в ведении системы образования. Однако процесс разработки экзаменационных материалов, требования к качеству тестов, к их измерительным свойствам, их трудности, возможности дифференцировать учащихся по степени подготовленности и иным свойствам необходимо найти и обрисовать в согласовании с отлично обмысленной процедурой разработки стандартов. По другому не понятно, что за испытания употребляются при проведении ЕГЭ. Неопознаны их измерительные характеристики. С какой погрешностью они определяют уровень подготовленности учащихся? Никто не знает ответа на эти вопросцы. Никогда не публикуются материалы с чертами используемых тестов. На Западе такие публикации совсем обязательны. Руководители Рособрнадзора такие задачки перед исполнителями не ставят. А те и довольны. Сами испытания разрабатывают, сами же их и хвалят. Хотя и признают, что бывают отдельные недочеты.

Только огромное значение для ЕГЭ имеет неувязка информационной сохранности. Несанкционированное вмешательство в хоть какой технологический элемент ЕГЭ может исказить результаты не только 1-го испытуемого либо маленьких групп на уровне класса либо школы. Распространение злодеями по каналам Веб накануне экзамена похищенных вариантов тестов и ответов к ним может привести к искажению результатов ЕГЭ в целых регионах. Выпускники могут несправедливо получить высочайшие тестовые баллы, и аннулировать их будет нереально. В университеты будут зачислены совершенно не фаворитные поступающие. Заметим, что самый большой вред – раннее раскрытие тестовых материалов в Вебе – совершают люди с меньшей материальной мотивацией – хулиганы.

Нередки случаи прорешивания экзаменационных заданий группами педагогов, собранных в типо опечатанных кабинетах пт проведения ЕГЭ. Возможна подмена бланков ответов избранных испытуемых из резервных комплектов бланков и т.д. Сколь бы ни была изощрённой разработка ЕГЭ, всех мер предосторожности предугадать нереально. Свидетельством этого являются аномальные факты массового получения очень больших результатов ЕГЭ. К примеру, в 2005 году в ряде сельских районов Башкирии на ЕГЭ по арифметике оценку «непревзойденно» получили до 85 процентов экзаменующихся. В том же году в одном из районов Кировской области были получены самые высочайшие в стране результаты по русскому языку. Такие результаты выпускникам Москвы и Санкт – Петербурга не снились. Досадно, что зафиксировать нарушения на месте либо отменить самые вопиющие результаты нереально. Не дозволят установленные организаторами правила и круговая порука.

Вмешательство в результаты ЕГЭ может быть! Это настоящий факт. Процедура ЕГЭ не даёт никаких гарантий того, что несанкционированное вмешательство исключено.

Высочайший статус ЕГЭ создаёт сильнейшую мотивацию к получению больших результатов у выпускников и их родителей. С иной стороны, по долгу службы учителя и руководители органов управления образования тоже далековато не безразличны к тому, как смотрятся их выпускники и подведомственные учреждения по результатам наружного контроля, т.е. ЕГЭ. Имеем неповторимую ситуацию – рвение всех лиц, причастных к ЕГЭ, к высочайшим результатам. А это сила не малая. Уже выработался обычный и безопасный метод всё устроить. Суть его такая. За несколько дней до экзамена учителя проводят консультации для выпускников. В органы управления образованием субъектов Федерации к этому времени уже поступают материалы ЕГЭ по соответственному предмету. Материалы поступают с запасом, так что преждевременное вскрытие 1-го «Секьюрпака» и ознакомление с его содержанием совсем незаметно. Всем понятно, что по каждому предмету на регион имеется всего только 5 уникальных тестов. Другие варианты формируются методом перемешивания заданий из 5 уникальных. Дальше совершенно просто. Из настоящих материалов ЕГЭ спецы – предметники скоро делают похожие испытания – аналоги. Материалы тиражируются и рассылаются в школы для использования на консультациях. Там материалы прорешиваются. Через пару дней выпускники на экзамене получают испытания, содержащие задания совсем похожие на те, которые разбирались на консультации. Полностью точно повторить решения и указать верные ответы на все задания не сумеет никто, однако можно гарантировать, что в целом весь массив выпускников получит более высочайшие тестовые баллы ЕГЭ. Выбросов аномально больших результатов не будет. Все довольны – выпускники, предки, учителя, руководители и пр. Выявить нарушение нереально.

Так изящно вскрывается система информационной сохранности ЕГЭ. Преодолеть ее может быть лишь одним методом – полностью отстранить от процедуры ЕГЭ всех работников системы образования – от министра до дворника!

А без этого вся суета с ЕГЭ – пустые хлопоты.


Зафиксируем изложенное.


— Оценки в свидетельствах ЕГЭ, которые должны стать единственным аспектом для приема в государственные университеты Рф, научно не обоснованны. Они определены без учета трудности вариантов тестов, что в принципе приводит к завуалированной несправедливости.

— Внедрение результатов ЕГЭ для итоговой аттестации в школах недопустимо, потому что ЕГЭ не оценивает степень освоения учащимися предмета. Методика расчета тестовых баллов ЕГЭ для этого совершенно не предназначена. ЕГЭ тут вообщем не при этом. Школьные отметки по методике Рособрнадзора можно выставлять без всякого ЕГЭ. Для этого управлениям образования нужно указать установленный выше процент двоек, троек, четвёрок и пятёрок по предметам. Бред? Да! Однако конкретно так всё и происходит. Лишь опосля проведения дорогостоящей процедуры ЕГЭ.

Доля учащихся, которым выставляется соответственная школьная отметка, волюнтаристски назначается чиновниками. Для проведения ЕГЭ раз в год привлекается более миллиона человек – выпускников и организаторов. Тыщи педагогов – предметников разрабатывают тестовые задания. Тестовые материалы печатаются, упаковываются, рассылаются. Ответы обрабатываются. Расходуются громадные государственные средства. И всё впустую. Вся акция ЕГЭ методически не обмыслена и собственных целей, в принципе, достичь не может.

В этом не ничего необычного, т.к. при проведении опыта по введению ЕГЭ серьёзной подготовительной работы не проводилось. Концепции, технического задания, рабочего проекта, цели, задач, рабочих гипотез при проведении опыта по введению ЕГЭ не было. Нет критериев, по которым можно судить об удачливости опыта.

Основная причина состоит в только высочайшем статусе результатов. Целью школы стало сейчас не обучение и развитие личности учащихся, а погоня за высочайшими показателями при сдаче ЕГЭ. Учебный процесс в старших классах значительно изменяется. Школа стала не учить, а натаскивать на конкретные задания, вопросцы, темы. Учебная программа изменяется. Практически сокращается число часов преподавания арифметики. Учитель заместо объяснения материала обязан с февраля месяца натаскивать выпускников на задания в форме ЕГЭ. Литература закончила быть обязательным предметом. Подвижки происходят по всем дисциплинам, контроль за освоением которых происходит в форме ЕГЭ. И кто, глядя на это, произнесёт, что наши детки стали более образованными? Вред от таковых побочных эффектов ЕГЭ много больше, чем полезность от использования единой процедуры и тестов на экзамене.


Резюме.



Вводимый законом с 2009 г. ЕГЭ научно необоснован, неправильно сконструирован, имеет массу существенных недочетов. Его внедрение не принесет полезности Российскому образованию.

Введение ЕГЭ целесообразно остановить.

Нужно с учетом скопленного опыта пересмотреть его главные положения. Создать концепцию по оцениванию учебных достижений учащихся, получить публичное согласие, создать и ввести новейшие способы и процедуры оценивания. Создать в Рф научную школу по оценке учебных достижений учащихся. Гордиться приобретенными плодами.

Не допускать возврата к ситуации десятилетней давности, когда оценки в школах и при поступлении в университеты отдавались на откуп тем же школам и университетам.

Это означало бы не только признание ошибок, допущенных при внедрении ЕГЭ, однако и отбросило бы Русское образование на много – много лет назад. Нельзя предавать забвению труд сотен и тыщ энтузиастов по созданию в Рф научных и производственных основ объективного оценивания учебных достижений. Это было бы регрессом и ошибкой.

Владимир Хлебников,
доктор технических наук




По материалам сайта: http://4ege.ru/novosti-ege/69-vsja-pravda-ot-sozdatelja-egje.html