Всероссийский центр исследования общественного мнения решил проверить грамотность россиян, задав им вопросы из Одного государственного экзамена (ЕГЭ) по русскому языку, который выпускники школ сдавали в прошедшем году. В итоге на восемь несложных вопросов верно ответило всего 4% респондентов.
Продолжающиеся конфигурации отечественной системы контроля познаний, вытеснение сочинения Единый государственным экзаменом (ЕГЭ), быстрое падение уровня грамотности населения - все это не может не не обращать на себя внимания. Один из более стремительно распространяющихся в обществе стереотипов - российский язык и литературу необходимо учить и знать гуманитариям, будущим филологам. Знать же литературу и быть грамотным - совсем не обязательно для математика либо физика.
О последствиях такового взгляда на систему образования мы попросили рассказать медика филологических наук, доктора филологического факультета МГУ Марину Юрьевну Сидорову.
Марина Юрьевна Сидорова - создатель почти всех монографий, учебников, курсов, один из соавторов программы курса «Российский язык и культура речи для нефилологов»
- Марина Юрьевна, скажите, какие цели ставит курс «Российский язык и культура речи для нефилологов»? Для чего студентам-нефилологам и даже негуманитариям учить в вузе российский язык и литературу?
Курс «Российский язык и культура речи» является частью принятой в 2001-2002 годах программы гуманитаризации негуманитарного образования и, соответственно, движения гуманитарных специальностей по направлению к естественным наукам. Согласно данной программе гуманитарии получили определенный набор предметов, таковых как «Концепции современного естествознания», «Математика для гуманитариев» и остальных, а естественники получили возможность выбирать из порядка 10 гуманитарных дисциплин, одной их которых и стал предмет «Российский язык и культура речи».
Для традиционной российской культуры постоянно был важен не только итог какой-нибудь мыслительной деятельности, однако и сам ход мышления, который может быть выражен лишь на языке, в тексте. Потому хоть какой человек, получающий высшее образование, будь то инженер, либо географ, либо экономист, естественник либо гуманитарий, должен уметь излагать свою мысль. Более того, даже если человек в собственной проф деятельности, как, к примеру, химик либо математик, оперирует познаниями остальных, невербальных, систем, то есть химическими и математическими знаками, он должен уметь переводить эти познания на обычный российский язык.
Неважно какая информация, познания передаются, прежде всего, методом словесным. Бывалые шахматисты могут молча обсудить партию, лишь переставляя фигуры, поэтому что они, как посвященные, соображают, что происходит на шахматной доске. Однако научить малыша играться в шахматы, не произнося при всем этом ни слова, нереально. Так же и опытнейшему теннисисту довольно лишь поправить руку, чтоб он сообразил, почему у него неверный удар. Однако лишь показыванием - как играться - не достаточно чего добьешься.
Потому не только для грядущего ученого либо педагога, для управляющего, родителя, для хоть какого, кто собирается работать в коллективе, так принципиально уметь излагать и передавать познания обычным русским языком.
Кроме обучения культуре речи в задачки этого курса входит и обучение культуре общения и межкультурной коммуникации, которая приобретает все большее значение в эру глобализации.
- А какие конфигурации в культуре речи современного человека наблюдаются за последние десятилетия?
Есть обычные заболевания. К примеру, агнонимия. Агноним - слово, которого человек не соображает. Совсем не достаточно слов знает современная молодежь. В том числе слов традиционной российской культуры. Дело не в том, что современному человеку непременно знать, что такое кушак либо что такое кибитка. Однако если человек много раз встречает слово и не соображает его, то он привыкает читать текст и многого в нем не понимать. Он много раз слово видел, однако не запомнил и не выяснит. Дирижабль и дилижанс для него одно и то же, а эликсир то же самое что электорат. Секьюритизация для него - это подготовка агентов службы сохранности. 2-ая заболевание совсем серьезная, это то, что можно назвать недержанием синтаксической конструкции, если воспользоваться мед термином. Это современное клиповое мышление. В когнитивной науке существует мировоззрение, что полезно дробить информацию, подавая её малеханькими частями. Разъясняется тем, что оперативная память вмещает около 7 частей. Однако мы, с русским мышлением, сформированным на наших просторах, в системе образования, в политике, в художественной литературе пишем и говорим длинноватыми предложениями. У нас учебники написаны, и лекции мы читаем тоже длинноватыми предложениями. А современный юный человек частенько не способен эти длинноватые предложения сформировать. Он пишет в изложении: «Умопомрачительная розовая птица увидел Вася», и не видит, что «умопомрачительная розовая птица» и «Вася» стоят в одном и том же именительном падеже. Почему? Поэтому что он не держит эту структуру в голове. Потому никакую аннотацию по применению сложной техники либо, скажем, пользовательское соглашение Yandex'а он уже прочесть не может.
- Современные политики высказываются не только за отмену сочинения как выпускного и вступительного экзамена, однако и за существенное сокращение часов на литературу в средней школе. Чем опасны такие тенденции?
Тенденция, на самом деле, совсем страшная. И опасность её в том, что не только политики, однако уже почти все деятели образования высказываются за отмену сочинения. Сторонники ЕГЭ молвят, что ЕГЭ помогает отбирать тех людей, которые должны обучаться в вузе, а противники, напротив, говорят, что ЕГЭ не отдаёт им отобрать профессиональных людей, которые должны обучаться в вузе. Для чего мы вообщем даем человеку образование? Выходит, мы даем человеку образование, для того чтоб он у нас работал. На самом деле, человек получает образование не для дяденьки, он получает образование для себя: для того чтоб позже иметь работу, неплохую, высокооплачиваемую, приятную, для того чтоб сформироваться как личность, иметь высочайший уровень душевного удобства, как это формулировал превосходный хирург Николай Амосов. Вот исследование литературы в школе помогает сформировать эту личность. Литература несет в себе определенный нравственный заряд. Мы читаем в «Войне и Мире» про то, что Николай Ростов на дону задолжал средств и приходит к папе и как-то пробует решить эту делему. Это некая ситуация, в которой может оказаться юный человек. Это модель поведения, которая может дискуссироваться. Приведу совсем грубое сопоставление. Спрашивают: почему молодежь знакомится в вебе, при том, что эти знакомства совсем опасны? Поэтому что это таковой полигон, где можно испытать какие-то чувства, испытать ту либо иную модель отношений. А чтение литературы тоже отдаёт определенную модель отношений, в которой ясны причина и следствие, указывает, что такое отлично и что такое плохо.
Есть и иная сторона. Познание может передаваться лишь в вербальной форме. Потому мы должны проверить, способен ли человек прочесть более либо менее непростой текст, переработать его и на его базе создать иной. Сочинение это проверяет. Не считая того, сочинение дозволяет проверить орфографию и пунктуацию. Орфография и пунктуация - это определенная дисциплина мозга. Это вообщем дисциплина человека. Во время вступительных экзаменов физики либо химики жалуются: «У нас человек будет из пробирки в пробирку переливать, а вы ему запятые проверяете». Если человеку все равно, куда запятую либо тире поставить, означает, ему все все равно. Человеку, который запятые плохо ставит, я пробирку не доверю, поэтому что мы все взлетим на воздух. А ЕГЭ - это совсем механическая деятельность.
Когда мы пишем сочинение, мы пишем текст. И когда позже человек приходит работать опосля университета, он всегда пишет тексты. Менеджер пишет отчеты, планы продаж, компьютерщик либо инженер пишет технические задания. И при помощи собственных устных и письменных высказываний строит дела с иными людьми. Этому необходимо обучать. И способных к этому людей отбирать. Однако я не вижу никакого вида будущей деятельности, где необходимо было бы отмечать плюсиками-минусиками - верно либо нет. Я просто не вижу, что симулирует ЕГЭ. Какую настоящую деятельность?
С доктором М.Ю. Сидоровой беседовала Вера Столярова
По материалам сайта: http://www.pravmir.ru/article_2980.html
Как правило, первые книжки для детей являются очень маленькими, с небольшим количеством страниц, но вместе с тем яркими, с красивыми рисунками, на которых обычно присутствуют герои и события, происходящие в них. По своему содержанию книжки для маленьких детей достаточно просты, но это не означает, что они глупы и бесполезны.
Ещё в глубокой древности греческий философ и врач Гиппократ видел причину ряда речевых расстройств в поражении мозга. Но подлинное научное подтверждение этому было дано лишь в 1861г., когда французский врач Поль Брока показал наличие в головном мозге поля, специально относящегося к речи, и связал нарушение речи с его поражением.
Её появление зависит от многих факторов. Речь начинает формироваться лишь тогда, когда головной мозг, слух, речевой (артикуляционный) аппарат достигнут определённого уровня развития. Но без речевого окружения ребёнок никогда не заговорит. Чтобы у него появилась и правильно развивалась речь, нужна речевая среда. Однако и этого не достаточно. Важно, чтобы у ребёнка появилась потребность пользоваться речью как основным способом общения с близкими людьми и сверстниками.
Прежде чем перейти к настоящему языковому периоду, ребенок начинает говорить на своем, понятном только ему и близким людям, своеобразном языке. Любая мать сталкивается с первыми «гу», «абу», «ав», «гули», «мо-мо» и пр., а ведь это своеобразный язык ее малыша, который называют «автономной детской речью». Это первые шажки в развитии детского мышления и речи.
К моменту рождения ребенок готов к активному установлению связей с внешним миром в основном за счет системы рефлексов: пищевых, защитных и ориентировочных. Но без ухода взрослых он не в состоянии удовлетворить ни одной своей потребности. Только постоянный контакт с другими людьми является основой развития младенца.